У поклонников Иисуса захотелось мне спросить, 
Сомневаюсь я, однако, что ответят на вопрос: 

Если был Иисус ваш Богом, Всемогущим и Ужасным, 
И вселять мог страх и ужас Он в сердца простых людей, 
Как же можете вы верить, что поддался Он иудам, 
И заставили евреи на кресте Его страдать? 

Как же можете вы верить, что Бог умер, и во прахе 
Погребен был словно смертный? И, от жажды изнывая, 
Бог у смертных — у творений! — Бог глоток воды просил?! 
А воды Ему не дали, мирру с уксусом смешали, 
Издеваясь, предложили, чтобы жажду утолить. 
Бросил эту смесь на землю: слишком горько, чтобы пить! 

И вы верите: Он умер, истощенный дикой жаждой? 
И вы верите: надели на главу Ему венец? 
Был венец тот из колючек, столь отвратен, что в мгновенье 
Мог как смоль власы мужчины сединою убелить? 
И вы верите: стекала кровь с главы Его ручьями? 
Порыжело от той крови, как от краски все лицо? 

Как же можете вы верить, что Господь — Творец вселенной 
На осле когда-то ездил, чтобы ноги не трудить?! 

Говорите, предком Бога оказался сын Фамари — 
Перец (2) — тот, кто от смешенья родился родной крови? 
Но Господь в Свое собранье не дает войти ублюдкам, 
Как же смеете вы «Богом» плод греха именовать?! 
Нет, Иисус — творенье Божье, Он подобен прочим тварям, 
Сам сказал о том открыто, Книга ясно говорит. 

Если был Иисус ваш Богом, как о том вы говорите, 
Что же Он не помолился, чтоб мучений избежать? 
Если был Иисус ваш Богом, Дух Его покинул тело: 
Кто же жизнь Его восставил, в тело Дух Его вернул? 
Если был Иисус ваш Богом, кто же мир хранил в порядке, 
Все то время, что без жизни наш Создатель пребывал? 
Что ж, «Второй» Господь бывает, чтоб смотреть за этим светом, 
На тот случай, если «Первый» заболеет, иль помрет? 

Разве может Бог позволить, чтоб Себя разрушить смертью? 
Да и было ль преступленье, чтоб Иисуса покарать? 
Если все ж Его распяли — то за дело ль наказали? 
Неужели мог такое наш Создатель допустить? 
Разве сделали благое те злодеи-иудеи, 
Что распяли Иисуса, дабы вам спасенным быть? 
Получается, иуды совершили преступленье, 
И Невинного убили, чтобы жизнь вам подарить? 

Что за бред вы говорите! Разве можно это слушать? 
Если вы так благодарны иудеям за злодейство, 
Почему же, мне скажите, ненавидите вы их? 
Если все же согласитесь, что повинны в преступленьи, 
Те евреи, что пролили, на кресте Господню кровь; 
Страшный грех — убийство Бога, 
Но скажите мне, прошу вас: 
Что же сделали плохого иудеи, коль теперь, 
Получается, за это, вы обязаны спасеньем — 
От суда спасли евреи вас, злодейство совершив! 

Ну-ка, правду мне скажите: Сам-то был ли Он доволен, 
Что повесили на древе соплеменники Его? 
Если скажете, «доволен», посчитав, что тем искупит 
Все грехи людей, готовых в них раскаяться. — Тогда, 
Я скажу, что грех Адама отпустил ему Создатель, 
Покаянною молитвой милость Бога он обрел. (3) 

Нет, вы лжете об Иисусе! и вопрос о Нем нам ясен: 
В Книге ясно говорится, что же с Ним произошло! 
Избежал Господь ваш кары, той позорной крестной смерти, 
И, бежав с креста, взмолился Он Всевышнему в слезах. 
Слезно Он просил с мольбою: «О, избавь от испытанья! 
Коль возможно, Мой Создатель, эту чашу пронеси!» 
И рыдал Он: «Эли, Эли, неужель Меня Ты кинул?! 
Ты спаси Меня от смерти, Самый Лучший из Отцов!» 

Это ли не подтвержденье: был рабом всего лишь Богу, 
И слугою Господина Всемогущего Иисус! 
Он — Свидетель, что вы лжете, и неправду говорите, 
Утверждая, что был рад Он на кресте распятым быть. 
Ну, а если согласитесь, что помимо Его воли 
Вознесли Его на древо, это будет вовсе чушь! 

Что же это за «Всесильный», что за «Бог» такой «Могучий», 
Если мог висеть на древе, поругаемый людьми?! 
Ведь написано же: «Проклят! 
Крест, как проклят и висящий». 
Ведь написано так в книгах: правда это, или нет? 

Не судите за вопросы! Чем меня винить, ответьте, 
Постарайтесь хоть ответить, попытайтесь дать ответ! 
Не молчите, ради Бога! Ведь молчание — бесчестье! 
Не позорьтесь вы молчаньем, вам такой даю совет. 
Я вам блага лишь желаю, чтоб вам не было убытка, 
Что же до меня касаясь — мне не нужно ничего, 
Умереть готов я с верой, больше ничего не нужно, 
Только с верой в благородство Мухаммеда моего. 
Пусть меня избавит вера от той доли непосильной 
Предстоять лицу Владыки в День ужасного Суда. (4)