В этом случае нами движут мотивы устрашения окружающих или обычной мести. Мотивы, которые люди, в глубине души понимая их низменную сущность, упаковали в красивые обёртки под соответствующими названиями - “политическая (или общественная) целесообразность” и “справедливое возмездие”. Не понимая, что очень многим из нас придётся держать перед Богом невероятно серьёзный ответ за то, что казнённый преступник покинул этот мир с нераскаянной душой. Во всяком случае, за то, что не было сделано ни одной попытки как-то на него повлиять.
     И вот такое понятие “справедливого возмездия”, принятое людьми на уровне их личной и общественной жизни, закрепляется в различных философских и религиозных течениях.
     Известно, скажем, что вера в реинкарнацию (перевоплощение душ в других телах) предусматривает так называемый закон кармы. Который сводится к следующему: если человек творил зло в этой жизни, то в последующей он обязательно воплотится в тело калеки, нищего, бомжа и т.д. То есть он должен за свои грехи предыдущей жизни “отстрадать” в будущем. Причём, НЕЗАВИСИМО от того, осознал он перед “искуплением” низость своих поступков или нет, раскаялся в них или нет. Как писала Е.Рерих, сам Бог ни при каких обстоятельствах НЕ ВЛАСТЕН закон кармы отменить.
     Не хочется вдаваться в длительную дискуссию по поводу такого взгляда на мир и на нашего Творца; приведу лишь ряд примеров из Священного Писания, которые В КОРНЕ ПРОТИВОРЕЧАТ такой теории.
     Во-первых, по поводу высказывания Е.П. Блаватской замечу, что, согласно словам апостола Павла, “помилование зависит не от желающего и не от подвизающегося, но ОТ БОГА МИЛУЮЩЕГО” (Рим. 9,16). И только от Него! Нравится нам сие или нет, но это непреложный факт, который констатирует Священное Писание. Поэтому не нужно так принижать нашего Небесного Отца, полагая, что Он является не законодателем, а пассивным наблюдателем или даже исполнителем некоего стоящего над Ним закона.
     Во-вторых, в Евангелии Господь, как бы предупреждая возникновение вышеназванных учений,  НЕОДНОКРАТНО констатирует их ЛОЖНОСТЬ. Ещё можно понять людей, отрицающих слова апостола Павла, что “всё Писание БОГОДУХНОВЕННО” (2 Тим. 3,16); но высказывания представителей теософии о том, что Евангелие и послания апостолов не противоречат их вере и даже являются их частью, -  вызывают по меньшей мере удивление.
     Итак, весьма поучительная для верящих в идею кармы и требующих “справедливости” притча о “блудном сыне” (Лк. 15,11-32). Где речь, как и во многих евангельских притчах, идёт о взаимоотношениях людей и Бога. 
     В ней говорится, что “было у человека два сына”. И младший потребовал от отца причитающуюся ему часть имения. А затем, взяв свою долю, “пошёл в дальнюю сторону” и там своё богатство “расточил”… Когда же деньги у него закончились, “он начал нуждаться”. Устроился пастухом к одному из богачей и от голода “рад был наполнить чрево своё рожками, которые ели свиньи, но никто не давал ему…” Наконец, устав от мук и лишений, голодный и оборванный, он бредёт к дому своего отца, от которого когда-то ушёл. И когда тот к нему приблизился, несчастный сказал: “Отче! Я согрешил против Неба и пред тобою и уже недостоин называться сыном твоим. Прими меня в число наёмников твоих.”
     То есть человек принёс Отцу ПОКАЯНИЕ. А что слышит в ответ? Повеление “отработать” свою “карму”? Отстрадать за непослушание (и, следовательно, греховную жизнь)? Побыть какое-то время у Отца “наёмником”? Отнюдь! Отец “ПАЛ ЕМУ НА ШЕЮ и ЦЕЛОВАЛ его”. А затем велел своим рабам “принести ЛУЧШУЮ ОДЕЖДУ и одеть сына”; заколоть “откормленного телёнка” и приготовить “ПИР”.
     Где же здесь мёртвый закон кармы, над которым не властен даже Небесный Отец? Где “обязательное искупление” греха? Куда подевалась “справедливость”, при которой, чтобы возвратиться в исходное состояние, нужно ОБЯЗАТЕЛЬНО отдать долг? А весь “секрет” в том, что она уничтожена ЛЮБОВЬЮ, опрокинута ПРОЩЕНИЕМ – теми Божественными категориями, теми нравственными ценностями, которые настолько ВЫШЕ “кармы” и “справедливости”, насколько Небо выше земли! 
     Святые, коим были открыты тайны мироздания, утверждают, что изменение внутреннего состояния человека является ДОСТАТОЧНЫМ для его вхождения в Небесную Обитель; что если человек настолько осознал мерзость им содеянного, что больше никогда и ни при каких условиях ко греху не вернётся, - то никакой “отработки” своих прежних преступлений ему НЕ НУЖНО (в противном случае, как говорилось выше, это будет не воспитательным актом, а запугиванием окружающих или обычной местью. А эти нравственные категории в корне противоречат самой природе Бога).
     В подтверждение этого вспомним слова Христа, обращённые к покаявшемуся на кресте разбойнику:
     - Истинно говорю тебе: НЫНЕ же будешь со Мною в РАЮ (Лк. 23,43).
     Мало того, в Евангелии есть ещё одна притча – великая и изумительная по своему духовному смыслу для христиан и вызывающая непонимание и неприязнь у тех, кто христианство отвергает. Это притча “о людях одиннадцатого часа” (Мф. 20,1-16). Которая повествует о следующем. 
     Был некий “хозяин дома”, который “вышел поутру нанять работников”; и, договорившись с ними об оплате “по динарию на день”, “послал их в виноградник свой”… Затем он так же нанял работников и “в три часа дня”… и “в шесть вечера”, – и всех за динарий. Наконец, “выйдя около одиннадцатого часа, он нашёл других, стоящих праздно” и нанял их до конца дня за ту же плату. А когда стал рассчитываться со всеми работниками, то те, кои трудились с утра до вечера, возмутились. Ведь они работали намного дольше других… а последние вообще почти весь день бездельничали и отработали всего один час! А в итоге все получили ПОРОВНУ! 
     С человеческой точки зрения это не просто “несправедливость”, а сущая наглость, “самодурство” хозяина!
     Но ведь это притча, поведанная не кем-то, а Христом! Который говорил нам о спасении души! О категориях мира неземного! О том, что человеку греха не только абсолютно непонятно, но глубоко ЧУЖДО!
     А всё дело в том, что не может Небесный Отец любить одних своих детей меньше, чем других. Ибо Любовь – в её истинном смысле! - не имеет свойства между своими объектами ДЕЛИТЬСЯ НА ДОЛИ (это как магнит, который действует на все металлические предметы вокруг с ОДИНАКОВОЙ силой). Но именно Любовь, согласно Священному Писанию (1 Ин. 4,16), и есть СУЩНОСТЬ Бога. А никак не “справедливость”. Потому что если первая категория по своей сути нравственная (сердечная, чувственная), то вторая - чисто юридическая (означающая соответствие закону) и к Богу никакого отношения  НЕ ИМЕЕТ (скажем, действия судьи, выносящего оправдательный приговор подсудимому, мотивированы именно “справедливостью” (“соответствию закону”), но никак не любовью (состраданием) к обвиняемому). Если бы для Бога “справедливость” была выше “Любви” (и, следовательно, “Прощения”), то “блудный сын”, чтобы вновь пользоваться имуществом отца, однозначно должен был бы свой долг ему отработать, а люди одиннадцатого часа получить плату, во много раз меньшую, чем у других работников.  
     Однако это не так. В отличие от мира людей, где царствует закон “справедливого возмездия”, суть мира Божьего иная и выражена в золотых словах Священного Писания: “милость ПРЕВОЗНОСИТСЯ над судом” (Иак. 2,13).
     Однако ценность упомянутых притч состоит не только в этом. Христос в них поведал нам, людям, о страшном недуге, поразившем наши души. Недуге, который как раз и породил такое уродливое понятие, как “справедливое возмездие”. Давайте снова возвратимся к этим евангельским историям и проследим их концовки.
     Итак, в притче о “людях одиннадцатого часа” наёмники, продолжительность рабочего дня которых была разной, получили одинаковую плату за свой труд. И когда трудившиеся дольше других “стали роптать на хозяина”, тот одному из них ответил:
     - Разве я не властен в своём делать, ЧТО ХОЧУ?
     Тем самым Христос давал нам понять, что желание Творца стоит ВЫШЕ закона (в частности, кармы) и Бог может его Своей волей ОТМЕНИТЬ (но отменяется он не из-за немотивированного своеволия Творца, а по Его Любви (Милости, Прощению) к нам).
     Однако эти слова – далеко не главные. Гораздо важнее для нас то, что было сказано дальше:
     - Или глаз твой завистлив оттого, что я добр?
     Вот она – основная причина того, что мы называем “справедливым негодованием”. Это - одна из самых мерзких и отвратительных нравственных категорий – ЗАВИСТЬ (категория эта именно нравственная (Небесная), а не юридическая (человеческая). За которую у людей в уголовном порядке не наказывают, но которая на Небе является однозначно ПРЕСТУПНОЙ!). Давно замечено, что пока люди живут примерно с одинаковым уровнем достатка, все они добрые и отзывчивые. Однако стоит кому-то заиметь больше, чем у других, в душах тех, кто недополучил, начинает “закипать”. “Как? Почему? А на каком основании я не достоин ТОГО ЖЕ?!”. Но и это полбеды. Если вдруг выясняется, что обделённые этого заиметь не смогут никогда, они тут же начинают ратовать за то, чтобы лишнего куска не было НИ У КОГО ВООБЩЕ! Вот ист