... (продолжение3)

И здесь можно сколько угодно говорить о том, что «Бог приготавливал человечество к принятию истин христианства», что всяческие языческие «тримурти» и «треглавы» были лишь подготовкой человеческого разума для принятия «непостижимого учения о троице». Факты синкретизма налицо.

В то время я ставил себе эти вопросы и не находил на них ответа, продолжая служить священником и молясь перед престолом словами из Евангелия: «Верую, Господи, помоги моему неверию»
Чтобы разобраться со всеми этими вопросами, я решил продолжить свое образование и поступил учиться в Санкт-Петербургскую Духовную Академию. 

Там я постарался умножить свои знания, но в течение трех последующих лет обучения противоречия только возникали. Сами преподаватели нам говорили о многих несоответствиях между текстом Библии и современным учением церкви. А один даже заявил, что в Библии нет учения о жизни души после смерти! Естественно, все эти вещи нам предлагали фильтровать и не выдавать полученные знания в беседах с простыми прихожанами. 

Параллельно я заочно поступил в Курский Госуниверситет на отделение религиоведения. Там я предполагал глубоко изучить все многообразие мировых религий. Но, к сожалению, и там основным направлением было православие, что не соответствовало предназначению факультета. Тут у меня появилась возможность путешествовать, и я решил свои поездки посвятить изучению мирового религиозного опыта.

Первая моя поездка получилась в Иран. Переступив границу Ирана, я сразу же поразился чистотой людей, их откровенностью и гостеприимством. Я нигде не видел пьяной праздношатающейся молодежи. Еще меня поразило то, что практически все те, с кем я встречался, исповедовали Ислам не поверхностно, лишь внешне считая себя мусульманами, но исполняли все предписания Корана, свою жизнь строили по нему. И в этом есть огромный пример для тех, кто сегодня считает себя христианином, лишь потому, что был крещен когда-то в детстве. 

Посетив многие священные исламские места, я стал читать Коран и глубже изучать историю возникновения ислама. После Ирана я побывал в Косово, где увидел другую не совсем приятную сторону мусульманской жизни, в которой разрушают православные храмы и убивают людей. Но при внимательном исследовании сербско-албанского конфликта я понял, что во всем этом религия не виновата. Ее использовали как средство, чтобы поссорить людей и получить власть над мелкими раздробленными государствами.

В январе этого года я участвовал в христианской конференции в Кении, а по ее окончании путешествовал по Африке. Там я так же столкнулся с мусульманами и все более и более проникался к ним симпатией. В это же время я не переставал изучать Коран и основы ислама. 

На Занзибаре со мной произошел такой случай. Прогуливаясь вечером по узким улочкам Стоунтауна, я встретил старика африканца, сидящего на пороге старой мечети. Я спросил его, где можно найти дешевое кафе, чтобы поужинать. Он встал и пошел показать мне хорошее место для трапезы и остался поужинать со мной.

За ужином старик спросил меня, чем я занимаюсь. Я ответил ему, что в данный момент сильно интересуюсь исламом. «А что ты будешь делать, когда изучишь ислам?», - спросил меня мой собеседник. «Буду изучать что-нибудь другое», - ответил я. Старик посмотрел мне прямо в глаза и сказал: «Я думаю, что ты примешь ислам». Тогда я не придал значения словам случайного знакомого, но именно в тот момент я впервые задумался о том, что могу стать мусульманином.

Вернувшись домой, я купил в книжном магазине много мусульманской литературы и стал внимательно ее изучать, продолжая и мои исследования по библеистике. И с каждым днем все более и более проникался исламом, искал его. 

Незадолго до принятия мною окончательного решения о принятии ислама, мне в руки попался DVD диск, на котором был записан межрелигиозный диспут между мусульманином Али Вячеславом Полосиным и православным священником Даниилом Сысоевым. Я внимательно просмотрел обе части полемики и еще раз убедился в аргументированной позиции мусульман. 

Конечно, священник Даниил Сысоев показал себя как хороший оратор, но так и не смог ответить на многие поставленные оппонентами вопросы, как и не смог объяснить всем присутствующим, как Безграничный и Невместимый Творец смог «стать», то есть воплотиться. 

Конечно, все вышеприведенные мною цитаты и ссылки не являются полными. Да и не одни они укрепили меня в моем решении. Так же как и не внешние признаки и обряды в исламе. Прежде всего, это личные отношения с Богом. И здесь, все умозаключения, всё внешнее отходит на второй план. Остаешься только ты и Бог. 

Последние дни моего служения в качестве священника были особенно трудными для меня. Практически окончательно убедившись в своем мировоззрении, я просто разрывался на части. Внимая словам родных и друзей, многие из которых знали о моих исканиях, я совершал литургию и просил Бога простить меня за мои сомнения и укрепить в Его Божественной истине. И такой момент наступил. В одночасье я понял, что больше не могу считать себя священнослужителем. Не могу оставаться внешним совершителем церковных таинств. И свое такое решение я считаю честным, так как вступать в сделку со своей совестью для меня неприемлемо.

Конечно, для священника тяжело отказаться от своей службы, от всего того, к чему привык. Я делился со своими собратьями-священниками своими мыслями, но они в основном, на все мои аргументы отвечали одним – не занимайся ерундой, подумай, сейчас тебя запретят, чем будешь кормить семью? А один прямо сказал, что боится со мной разговаривать, так как ему нечем ответить на все мои доводы.

Тем не менее, я окончательно решил порвать со своим служением в церкви и написал письмо архиепископу Курском Герману, где попросил почислить меня за штат епархии и освободить от всех занимаемых мною должностей (я был руководителем Молодежного отдела Курской епархии и преподавателем истории церкви в Курской Духовной семинарии). 

Вскоре я написал еще одно письмо, где объявил, что более не являюсь служителем и членом православной или любой другой христианской церкви. В Соборной мечети Москвы при нескольких свидетелях я произнес шахаду (свидетельство веры) и теперь являюсь мусульманином. 

Имея в церковной среде многих знакомых и друзей, я не хочу, чтобы они связали мой уход из христианства с нравственными пороками, бытующими в православной церкви. И поэтому сознательно не пишу всех тех негативных вещей, которые я увидел за годы моего пребывания там. 

Мой исход – это моя личная хиджра к заветам Бога единственного и милосердного. Но, конечно, я буду очень рад, если кто-то еще, воодушевившись моим примером, начнет изучать религию Единого Истинного Бога и сможет стать Его последователем. Как известно, в религии нет принуждения, и каждый сам должен избрать путь к Богу. Лично я свой окончательный религиозный выбор уже сделал.

Краткая биография:

Владислав Сергеевич Сохин родился в Курске. В 1998 по 2003 обучался в Курской Православной Духовной Семинарии, с 2003 по 2006 в Санкт-Петербургской Духовной Академии, с 2002 года в Курском Государственном Университете (отделение религиоведения). 

В 2000 году был посвящен в сан диакона Русской Православной Церкви, в 2001 году в сан священника. За время служения был членом Церковно-краеведческого отдела Курской епархии, последние два года возглавлял Молодежный отдел при епархии и являлся преподавателем Общей церковной истории в Курской духовной семинарии.

Женат, имеет троих детей.
--------------------------
Путь в Ислам с молитвы «Отче наш»… Максим: Я нашел то, к чему шел несколько лет 
В первые дни, совершая намаз, Максим еще продолжал читать «Отче наш».
- Эта молитва в целом не противоречит принципу Единобожия, она даже где-то близка к суре «Фатиха», - говорит он. - Многие тексты Библии также не противоречат Исламу. 

Максим начал искать смысл жизни четыре года назад, после смерти матери. Ему было тогда четырнадцать лет. Потеря родного, самого дорогого и любимого человека, потрясла подростка. Мысли мучили долгими ночами: зачем человек рождается и умирает, чтобы навсегда оказаться в сырой земле? 

В детстве Максим ходил с бабушкой в церковь и подолгу стоял рядом с ней перед иконами. Всегда верил, что есть Всевышний Создатель, однако не понимал и не мог принять душой догматы и обряды исторически сложившегося Христианства, особенно обряд причастия – «вкушение плоти Христовой и пития его крови». 

Желая лучше познать Православие, паренек вновь стал посещать церкви. Чем глубже он углублялся в изучение церковного Христианства и самой Библии, тем больше возникало вопросов, на которые он не мог найти ответов. Слепая вера без логического объяснения не
устраивала парня. 

Почему, думал Максим, в церквях «святые отцы» и «владыки», тогда как Иисус в Библии призывает не называть никого благим и отцом, кроме Единого Бога? Почему священники утверждают, что Иисус отменил ветхозаветный закон о запрете свинины, тогда как в Евангелии он говорит, что пришел не нарушить Моисеев закон, но исполнить его?

Побывав во всех городских церквях, Максим 