Недавно у нас в Калуге прошли очередные так называемые «Циолковские чтения». Прошли, как всегда с большой помпой и сообщениями об этом, во всех средствах массовой информации.

Хотя калужане и называют свой город, городом космонавтики, городом Циолковского, так сказать «основоположника», они, мягко говоря, не знают всей правды о нашем дорогом «ученом земляке». 

Привожу отрывок из книги диакона Андрея Кураева «Уроки сектоведения»……….

Вот диалог с научным сотрудником Института Философии РАН,членом комиссии по изучению творческого наследия Циолковского:

«— В своих работах по этике Циолковский рассуждает о чело¬веке как о "космическом сущест¬ве". Что это значит?

— Циолковский выделял две грани человека как кос¬мического существа. Одна часть этих идей, связанная с тем, что мы будем завоевывать кос¬мос, осваивать его и в будущем жить там, об¬разуя колонии и поселения, известна хорошо. Но вот его понимания человека как космического существа, неразрывно связанного с космосом, большинство даже не слышало. Мо¬жет быть, потому, что эта часть взглядов изло¬жена Циолковским до¬вольно странно для со¬временного восприя¬тия. Например, для него гражданином Вселен¬ной был не человек, а некий «атом-дух», неиз¬вестный науке элемент мировой субстанции, который имеет свойст¬во ощущения[1].

— Что же это та¬кое? Некая аура, как говорят экстрасенсы?

— Я бы сказал, что это тонкие материи, не¬видимые невооружен¬ным глазом, которым свойственно испытывать радость, горе, счастье, восторг, блаженство. Человек, по Циолковскому, — это со¬вокупность «атомов-духов», и его назначение, космический долг — дей¬ствовать так, чтобы «им» было хоро¬шо. Именно для этого человек и должен выходить в космос. Идея Циолковского состояла в том, что нужно преобра¬зовать Вселенную, заполнить ее вы¬сокоразвитой жизнью, и тогда всем «атомам-духам», а значит, человеку будет хорошо, комфортно. Для это¬го нужно переделать сначала зем¬ную. затем и космическую жизнь.

— Ничего себе. Каким же об¬разом? Силовым путем?

— В философии Циолковского немало противоречий. С одной сто¬роны, он считал, что в процессе ос¬воения космического пространства человечество должно размножаться почти до бесконечных пределов; на Земле, согласно его учению, будет проживать не менее тысячи милли¬ардов человек! Сейчас землян чуть более шести миллиардов, а жить-то нам уже тесно... Но ученого это, по всей видимости, не смущало. Он полагал, что двигателем человече¬ского прогресса являются гении. И, соответственно, чем больше людей, тем больше нарождается гениев. Им он отводил почетную роль «произво¬дителей». Циолковский прямо писал о том, что гениальный и физически совершенный мужчина-производи¬тель должен оплодотворить около тысячи женщин. Таким образом род людской постепенно при¬дет к гармонии и совершенству...

— А что же делать с обычны¬ми, не гениальными людьми? Ис¬треблять?

— Тут начинаются противоре¬чия. С одной стороны, он считал, что все в мире — и люди, и даже расте¬ния — имеют свои права[2]. С другой стороны, он не раз писал о том, что людей с преступными наклонностя¬ми надо стерилизовать, лишать воз¬можности размножаться. Циолковский находился под сильным влиянием евгеники — на¬уки об улучшении человеческой по¬роды, которая в 20—30-е годы была очень популярна. Он считал, что все низкоразвитые формы жизни должны быть уничтожены. К этому разря¬ду он относил, кстати, и животных, и птиц, и рыб...[3] Вместо них, согласно его учению. Землю и Вселенную за¬полнят гармоничные, во всех отно¬шениях прекрасные существа… Вместе с другими «космистами», например Вернадским, он считал, что нынеш¬ний облик человека не есть нечто окончательное. Постепенно меня¬ясь, наш потомок сможет жить в ко¬смическом пространстве без ска¬фандра, поглощая солнечную энер¬гию и непосредственно взаимодей¬ствуя с космической средой.

— Насколько фантастично с точки армия современной науки все это звучит?

— И с точки зрения науки, и осо¬бенно с точки зрения морали это звучит не просто фантастически, но зачастую кощунственно[4]. Я считаю философию Циолковского антиэкологичной. Мы живем в очень хруп¬ком мире. Малейшее изменение в ту или иную сторону — и биосфера не выдержит. Мы не должны сейчас ду¬мать об изменении внешнего обли¬ка человека. Нас должно заботить то, как выжить в нынешнем виде… 

У Циолковского есть работа «Неизвестные разумные силы», в которой он говорит о своих мистических переживаниях. Именно они, по всей видимости, и убедили его в том, что жизнь на других планетах есть. Например, он рассказывает о случае, происшедшем с ним 31 мая 1928 года. Наблюдая закат, он почти у самого горизонта увидел будто бы на-печатанные в облаках, четко прори¬сованные буквы «ЧАУ». Циолковский описывает, как они выглядели, на ка¬ком расстоянии могли находиться от поверхности земли. Эти описания напоминают научный отчет, только вот сам предмет изучения слишком странен... Константин Эдуардович долго думал, что значит это «ЧАУ», пока не попытался принять буквы за латинские. И тут же выстроилось чет¬кое – РАЙ. «Спово было довольно пошлым, но что делать? Бери, что дают. Я понял все это так: после смерти конец всем нашим мукам, то есть то, что я и доказывал. Таким образом, само небо подтвердило мои предположения», — пишет он.

— Со школьной скамьи мы привыкли считать Циолковского материалистом. А тут мистика пополам с религией...

— Философия Циолковского, как я уже говорил, глубоко антиномична. Действительно, он называл себя ма¬териалистом, и в советские годы эта фраза была радостно выдернута из контекста[5]. Причину Вселенной Циолковский отождествлял с Богом. Высшие существа, «прези¬денты» других планет, по его мнению, тоже боги разных рангов.

— Интересно, как относится к Циолковскому официальная пси¬хиатрия?

— В архиве психиатрии и психо¬патологии, изданном в 20-е годы, есть целый том, посвященный Циол¬ковскому. Я его, правда, не видел. Он — за семью печатями и для изучения недоступен»[i]. 

А вот рассказ другого исследователя, научного сотрудника Института истории естествознания и техники РАН, который специально занимался историей мифа о Циолковском:

«- Циолковский также целиком сфальсифицирован. 

- Как же это с ним случилось?

- Из-за революции. К революции Циолковский уже был разоблачен научным сообществом как лжеученый и псевдоизобретатель. Против него выступали Жуковский, Ветчинкин, Императорское русское техническое общество... Что спасло этого провинциального полуграмотного мечтателя? 

В 1921 году Ленин подписал постановление о присуждении Циолковскому персональной пенсии - совершенно случайно. За Циолковского хлопотали знакомые военные - полуграмотные кавалеристы - и два земляка из «Калужского общества любителей природы местного края», которые ходили по инстанциям, -учитель и врач. Когда собрался совет по присуждению персональных пенсий, посмотрели - все подписи собраны. И проголосовали.

Циолковский был награжден пенсией «за особые заслуги в области авиации». А по положению этот документ должны были визировать все члены правительства, в том числе и Ленин. Ну а раз подпись Ленина, историки стали делать из городского сумасшедшего великого ученого. Последняя критическая публикация о Циолковском была в 1934 году, когда издали его избранные работы, а в предисловии стояла статья профессора Моисеева из академии Жуковского, который просто высмеял «труды» Циолковского по аэродинамике и естествознанию.

Когда я сам стал смотреть работы Циолковского, то с ужасом увидел, что этот «ученый» умудрился ни одной формулы не вывести без ошибки. Единственная правильная формула, которую почему-то приписывают Циолковскому, - уравнение движения точки переменной массы - принадлежит Мещерскому. Мало того, она и Мещерскому-то не принадлежит, строго говоря! Ее выводили на экзаменах за пятьдесят лет до этого студенты Кембриджского университета.

- Я знаю, что Циолковский был шизофреником. Мне попадались его «философские» работы. Когда я в первый раз прочитал их, понял, что я уже видел нечто подобное: по редакциям ходит уйма подобных циолковских со своими трактатами. Они часто публикуются в «МК» в рубрике «Там, за горизонтом»[6].

- У Циолковского был серьезный сдвиг. Он сам об этом писал: «Я получил нервное расстройство, такое сильное, что совсем разучился бегать, и это отразилось на моих детях». Я решил проверить это его признание и убедился, что у Циолковского почти все в роду были сумасшедшими. Из шести его детей двое покончили жизнь самоубийством. Один всю жизнь хотел проколоть себе барабанную перепонку, чтобы стать таким же гениальным, как его отец. Еще один был попросту слабоумным...

- Можно было не трудиться с дурной наследственностью. Диагноз Циолковского виден как на ладони в его трудах и воспоминаниях. Я помню, он сам описывал, как ему мерещилось слово «рай», написанное на небе. А уж его философские взгляды...

- Да, у него просто жуткая философия. Суть ее в следующем -- когда человек умирает, его атомы рассеиваются по всей Вселенной, а потом поселяются в какое-то другое живое существо. Так начинается вторая их жизнь