монастыря), а именно в этих посланиях Аввакум изложил свое еретическое учение о Святой Троице, о воплощении Господа и о Сошествии Господа во ад, то, надо думать, разбор именно этого документа в первой части «Розыска» и называется ими «наивным подлогом». Эти послания Аввакума породили особый раскольнический толк «аввакумовщину», или «онуфриевщину» (по имени основателя секты некоего Онуфрия из беглопоповцев). В конце XVII — в XVIII веке в керженских скитах неподалеку от Брынских лесов велись ожесточенные споры между теми раскольниками, которые в этих посланиях видели ересь, и верными учениками Аввакума. Умерший в 1687 году Игнатий подложность этих посланий не объявил, так же, как и соузник Аввакума, бывший диакон Федор, к коему были написаны письма на эти же темы. Споры велись и в Москве в 1706 году. Но споры шли не о подложности посланий, а об изложенном в них учении. Потому они назывались спорными, а уж по произволу нынешних авторов словаря «Старообрядчество» названы подложными. Теперь, чтобы опровергнуть обличение в ереси объявленного «святым» Аввакума, современные раскольники говорят, что эти послания «подложные», а в «наивных подлогах» обвиняют святителя Димитрия, который раскольнические списки получал из их же рук.
О Святой Троице. В своих посланиях к Игнатию Аввакум писал: «Веруй трисущную Троицу... Несекомую секи по равенству, не бойся, едино существо на три существа тожде и естества... Комуждо особное седение, Отцу и Сыну, и Духу Святому, не спрятався седят три Царя небесные. Христос сидит на особном престоле, равно соцарствуя Святей Троице». 
О воплощении Христовом. Чтобы объяснить «особное сидение» Сына Божиего и Христа, Аввакум выдумал и новое учение о воплощении Христовом: «Аз Аввакум, так исповедую и верую, свойство недвижимо, но излияв себе Бог Слово во утробу Девыя, силу существа естественную, сиречь благодать совершенную, припряжена бо к Божию хотению сила, восхотев бо и излияв себе неизреченно, а самое существо отнюдь неотступно. Исповедую во утробе Девыя силу Божества, а не самое Божественное существо поступи от превыспренных, но промысл неизглаголанный. Соступив с небеси силою благодати Своея к нам весь в Пречистую Деву. Тверди: “Весь благостию, а существом весь горе со Отцем бе несекомо”». 
Святитель Димитрий, обличая новую ересь, пишет: «Се уже стала у раскольников не Троица, но четверица: Отец и Сын и Святый Дух, а четвертое лице Христос. Глаголет Аввакум, яко Бог Слово излия себе во утробу Девыя, не Себя самого, но силу существа своего естественную... Се злочестивый той учитель исповеданием вредоносной веры своей учит по подобию Нестория, будто бы не сам Сын Божий во утробе девической воплотился, но токмо силу и благодать свою в Ню излия... а Сам Сын Божий будто бы не поступил с небеси на землю. И так по его умствованию стало два Сына: един со Отцем на небеси, а другой во утробе девической воплотился, послан от того Сына, иже со Отцем на небеси. Где слышана таковая вера? Когда была в России таковая вера? Это ли старая вера? Несть ли то ересь пагубная, старой святой вере противная, Богу мерзкая, диаволу же радостна?»
Эти еретические взгляды Аввакума были отвергнуты большей частью старообрядческих толков и согласий, и, если верить словарю, в конце концов их отвергли сам Онуфрий и его ученик Ерофей Андреев. Принято считать, что аввакумовщина в виде особого толка до наших дней не дошла. Однако же следы ее, видимо, сохранились в некоторых беспоповских толках. Так, например, писатель и раскольник неизвестного толка В.Личутин на «круглом столе» в редакции газеты «Завтра» (1998, № 12) выступил в защиту ереси Аввакума и говорил, будто цитируя то спорное послание: «Русь верила сердечно. И Троицу понимали как троих сидящих — Исус Христос, Бог (так в тексте) и Дух Святый — они сидят за бранным столом и вкушают яства... Все трое живых» (так в тексте). «Никонианская же церковь», по словам Личутина, «отказалась объяснить народу каверзный вопрос с Троицей» и заявила, что «надо просто понимать Троицу как живую, единосущую и несекомую» и таким образом «отобрали у народа самую сердцевину радостной веры». Так что мудрования Аввакумовы не забыты, а потому и нам небесполезно с ними ознакомиться по приведенным в «Розыске» документам, тем более что все их списки, наверное, уже давно уничтожены. 
Хулы раскольников на святые вещи
Что же авторы словаря имеют в виду под «клеветами» в «Розыске» святителя Димитрия? Вероятнее всего, часть третью, где он рассказывает о «делах раскольнических»: о многотысячных самосожжениях, об уморении голодом, о причащении изюмом и о прочих извращениях, которые и поповцы признают за «тьму заблуждений». Но здесь нет места говорить о них, поэтому скажем о том, за что святитель Димитрий «бранил» выходцев из Брынских лесов. 
Тот, кто сам читал сочинение Святителя, понимают, что «бранью» раскольники называют обличения пастыря — обличения, подобные тем, коим и Господь наш Иисус Христос предавал книжников и фарисеев, когда называл их лицемерами, порождениями ехидны и сынами диавола. Святитель Димитрий называет раскольщиков лжеучителями, кривотолками, безумными, буесловами и блядословами (то есть пустословами, см. словарь церковно-славянского языка Г.Дьяченко). Были ли у святителя Димитрия основания употреблять такие резкие слова в отношении (как говорят они про себя сами и как о них пишут журналисты в газетах) «благочестивых и невинно гонимых старообрядцев»? Оснований было предостаточно, о чем подробный розыск cвятитель Димитрий делает во второй части своей книги. Он спрашивает: «Несть ли во учении их хулы на святыя вещи?» И далее приводит эти хулы, ссылаясь на подлинные раскольнические сочинения. Вот несколько примеров.
О хуле на честный крест четвероконечный святитель Димитрий пишет так: «Хулят честный крест четвероконечный, нарицающе того крыжем Римским, пустым крестом, сению в Ветхом Завете бывшею креста осмоконечнаго, мерзостию запустения, антихристовым идолом и печатью антихристовою. Каковы их хулы и от писем их здесь да воспомянутся. Аввакум роспопа пишет: “Как так обманул диавол русских людей бедных: явно идут в пагубу; римскую блядь возлюбили — крест четвероконечный, паче истиннаго креста, от трех древ сотвореннаго, от кипариса, и певка, и кедра, да на нем же на четвероконечном пишут распятие Христово. Так и стал крыж польской, выблядок римскаго костела...” Дошел в руки мои некий древний раскольнический свиток, преисполнен лжи, ереси и злочестиваго на Церковь Божию хуления; в том свитке написана хула на четвероконечный крест Христов, нарицающая того кумиром или идолом антихристовым, и мерзостию запустения, стоящею на месте святе, и проклятым древом.
Еще же и в сем посмеяния суть достойны: четвероконечный крест Христов хулят, нарицающе того антихристовою печатию, а четвероконечным крестом знаменаются; убо антихристовою (по их блядословию) печатию знаменуются, и не суть Христиане, но антихристиане. Подобает вам, о раскольщики! четвероконечнаго креста гнушающиися, осмоконечный же любящии, не четвероконечным крестом, но осмоконечным знаменатися, изображающе первее титлу на челе, и протяжение до пупа сотворити, таже на раменах крестную широту, посем подножие навскось на чреве начертати: и тако будете по своей вере истиннии христиане» (с. 465). 
О хулении еретическом на треперстное сложение: «Треперстное к знамению крестному сложение [они] нарицают печатию антихристовою. Сице в еретическом злохульном их свитке пишется: “Аще кто знаменает лице свое щепотью, сиречь, тремя персты, той отвержеся Христа, и предается сатане; занеже есть то антихристова печать”. До зде свиток. Итако у них стало две печати антихристовы: одна печать антихристова — крест четвероконечный, другая печать антихристова — треперстное сложение» (с. 485).
«Видех же в списках от писем Аввакумовых написано, яко той лжеучитель двоеперстнаго сложения учай, треперстное же ометаяй, блядословит сице: “Тогда возрыдает Никонианский род не исповедавше чисте Единороднаго, стекшимся дву естествам божества и человечества, нашего ради спасения, но знаменующеся трема персты в три духи нечистыя, суть бо дуси демонстии, яко жабы, исходят на всю вселенную: блажен бдяй и блюдый ризы своя, да не наг обрящется. Ей, отцы и братия моя, треперстная ересь есть нагота душевная и телесная, сохранимся от нея всяким образом”. До зде Аввакумово блядословие» (с. 486).
«Кривотолк, купно и богохульник великий показася быти Аввакум, неправо толкуя словеса, яже во Апокалипсисе, в главе 16, пишутся сице: “Видех из уст змиевых, и из уст звериных, и из уст лживаго пророка, духи три нечистыя яка жабы исходящия” и проч. А он Отца, и Сына, и Святаго Духа, нами призываемаго Бога, нарицает тремя духами нечистыми и тремя жабами. О хулы тяжкия! о хулы богомерзкия! о нечестия богопротивнаго! Кто когда от века слышал таковую хулу на Пресвятую Троицу? никая же ересь, ниже кое нечестие похули тако Пресвятую Троицу, якоже Аввакум богохульник похулил есть. Таковаго учителя имеют себе раскольщики, таковому последствуют, таково их правоверие.
Приличнее им раскольщикам на своем Арменском двоеперс