Византийские христианские императоры были единственными прямыми и непосредственными наследниками всемогущих языческих Римских императоров. Было бы чудом, если бы они не унаследовали от них, вместе с мировой империей, ее законами и нравами, кое-что и из их взглядов на отношение между государственной властью и религией. Римские императоры были полновластными хозяевами государственной языческой религии, назначали и смещали "богов" по своему усмотрению; иногда они самих себя объявляли богами. Приняв христианство, Константин, конечно, отказался от этих нелепых притязаний на божественность; он был искренним, подлинным христианином. Но большинство его преемников, при всей своей преданности христианству, не устояли перед великим искушением - из покровителей Церкви сделаться ее правителями. Появился так называемый "цезарепапизм." Светская власть стала вмешиваться в церковные дела и, по крайней мере косвенно, - в вопросы вероучения; она стремилась превратить церковную иерархию - как это раньше делалось с языческими жрецами - в послушное орудие правительства, безусловно преданное его земным политическим целям, готовое принести вселенские задачи Церкви в жертву государству. При этом византийские императоры неизбежно должны были столкнуться с богоустановленными защитниками свободы Церкви, Римскими папами, не допускавшими, чтобы Церковь уклонялась от своего назначения - вести людей к вечному спасению. Естественно, что византийский двор всячески старался умалить значение папы, обессилить его постановления, вызвать сомнения в его догматическом главенстве. Уже на III Вселенском Соборе император Феодосий попытался было низложить папского местоблюстителя, св. Кирилла, патриарха александрийского, горячо отстаивавшего догматическую власть папы. "Наше Величество, писал император Кириллу, не потерпит того, кто захотел бы более повелевать, чем излагать только свои мнения..." (Деяния Всел. Соборов, изд. Казан. Дух. Акад., 1859, т. I, стр. 478). Императору хотелось самому "повелевать" Вселенскому Собору. То же самое часто повторялось и впоследствии. Иерархов, верных Риму, ожидали притеснения, немилости, подчас открытые гонения; наоборот, раболепные епископы, которые благосклонно относились к императорской системе управления Церковью, могли рассчитывать на почести, подарки. Вследствие этого в восточном клире появились два течения: все святые иерархи и подвижники (Афанасий, Златоуст, Дамаскин, Студит и др.) мужественно боролись с цезарепапизмом и защищали Католическую Церковь, все же иерархи, которые были нравственно неспособны на самоотверженное служение Христу, склонялись к независимости византийской церкви от Рима, к полной "автокефальности". Чтобы успешнее противодействовать папству, императоры постепенно возвеличивали епископскую кафедру императорской столицы, Константинополя; с течением времени константинопольский епископ получил титул патриарха (впоследствии он стал даже именовать себя "вселенским патриархом"), а к канонам IV Халкидонского Вселенского Собора группа греческих епископов незаконным образом прибавила пресловутый "28 канон", ставивший императорскую константинопольскую патриархию выше древних восточных патриархий и "первой после Рима". Папа св. Лев Вел. отверг этот лжекакон, как пагубный для Церкви.

Пока были живы предания древней христианской церковной мысли и народ хранил заветы великих Отцов Церкви IV и V столетий, усилия сторонников греческого раскола не имели прочного успеха. Но в IX веке положение резко изменилось к худшему.

"Византийским императором был в то время малолетний и тупоумный Михаил, впоследствии за свою страсть к вину и разнузданность получивший прозвище "Пьяницы". Вместо него правил царством дядя его Барда, цареградским же епископом был тогда св. Игнатий. Барда, человек жестокий и развратный, живший в незаконной связи с собственной невесткой еще при жизни жены, рассердился на св. Игнатия за то, что тот лишил его Св. Причастия за распутную жизнь. По настоянию Барды, св. Игнатий был насильно удален с своего престола и отправлен в ссылку. На его место Барда приискал Фотия. Фотий, до того времени мирянин, отличался замечательной ученостью, но вместе с тем был непомерно горд и высокомерен. В патриархи он был рукоположен отлученным от Церкви еретиком, епископом Григорием Сиракузским, так как никто из православных епископов не решался рукоположить его... Между тем, Игнатий подвергался самым жестоким обидам. Переводимый из одной тюрьмы в другую, моримый голодом, он должен был в кандалах явиться на суд Фотия... Все эти жестокости предпринимались с целью принудить Игнатия к отречению от престола в пользу Фотия... Папа Николай 1, узнав всю истину, созвал в Рим епископский собор, на котором Фотий, уличенный в незаконном захвате патриаршей власти, в жестокости и подлоге документов, был отлучен от Церкви вместе с своими сообщниками... Фотий открыто восстал против папы и против всей Западной Церкви, обвиняя последнюю в мнимом искажении христианского учения... Заслуженная кара недолго заставила себя ждать. Барда был умерщвлен по приказанию царя; вскоре после того и царь пал под ударами заговорщиков. Новый император, Василий, сейчас же по своем вступлении на престол, удалил Фотия и возвратил кафедру Игнатию, который среди всеобщей радости вернулся в столицу из заключения. Обо всем случившемся уведомили папу. Тот отправил уполномоченных для устранения раскола. Созванный VIII Вселенский Собор (869)... отлучил Фотия от Церкви. Вместе с тем отцы Собора определили, что всякий истинный христианин должен признавать Римского епископа главою всей Церкви. Св. Игнатий был снова восстановлен на патриаршество... Между тем изворотливый Фотий лестью снискал... расположение императора и при его помощи, вторично, после смерти св. Игнатия. захватил патриарший престол... Чувствуя себя крепко на патриаршей кафедре. Фотий дал волю своей гордости, стал обращаться с папой без должного уважения и клеветать, что будто бы Римская церковь исказила христианское учение..." (И. Забужный, Православие и католичество, стр. 164-170).