>Я не верю, Христианин, в то, что Вам удастся докричаться до этих душонок, уже поставленных в пекле на смоляное довольствие, но всё же - удачи.
Я того же мнения об оппонентах.
Поэтому не вижу особого смысла в бесполезных разговорах с ними.
Но для тех, кто способен думать делаю свою выжимку из любопытного психологического исследования о разнице между русскими и американцами.

В 1982 году известный российский (а позже американский) психолог Владимир Лефевр в своей книге «Алгебра совести» попытался выразить этические системы разных культур.
Что же такого нового открыл Лефевр?

Поставив во главу угла отношение человека к компромиссу со злом, ученый построил гипотезу о двух мировых этических системах. В одной компромисс добра со злом – это зло, а конфронтация с ним - добро. В другой компромисс добра со злом – это добро, а конфронтация - зло.

Первая система, как считает Лефевр, характеризует этическую философию Западной Европы и США, вторая – СССР, а сегодня с уверенностью можно сказать, что и России.

Поклонники «Русского мира» и прочие ватники поймают на слове: «Смотрите, вот кто главный источник конфронтации в мире! Западный мир генерирует конфликты, а русский их сглаживает».

Не спешите! Речь, насколько можно понять из текста книги, идет о компромиссе со злом внутри себя. И компромисс со злом в Западной морали невозможен в том смысле, что запрещено использовать инструментарий зла – агрессию, ненависть, ложь, насилие - для достижения блага. Нельзя закрывать глаза на зло «во имя добра». Нельзя бороться со злом его же методами.

А в Российской системе ценностей, как утверждает ученый, это не только не запрещено, а наоборот поощряется! В Западной этической системе цель не оправдывает средства, а в Российской - оправдывает. (Хотя московская православная пропаганда умудрилась приписать этот принцип иезуитам).

На Западе чем больше ты сомневаешься в том, что твой враг это воплощение зла, тем выше твой этический статус. В России статус высок настолько, насколько много ты видишь зла в облике оппонента.

Герой Западной цивилизации это тот, кто говорит себе: «Хотя это очень тяжело, но я должен протянуть руку этому человеку, иначе я уроню себя в собственных глазах».

Герой Российской системы ценностей тот, кто говорит себе: «Хотя это тяжело, но я должен противопоставить себя этому человеку, иначе я уроню себя в собственных глазах».

Это помогает понять, почему на Западе так ценится нравственная аксиома, приписываемая Вольтеру, о готовности умереть за право другого человека говорить то, с чем вы никогда не сможете согласиться. И почему в России не поняли и осмеяли Толстого, исповедовавшего принцип непротивления злу насилием.

Не Толстой, а «народ», требующий смертной казни Бухарину и Рыкову, как и политик предлагающий убить ВСЕХ украинцев - вот кто настоящий герой российской этической системы!

Абсолютное добро в российской системе координат – это оседлать для его достижения абсолютное зло – то есть, начать ядерную войну. А Путин, излучающий эту идею – абсолютный герой!

В чем причина такого разительного различия? Психолог объясняет ее тем, что Западная этическая система восходит к библейским заповедям (не убий, не укради…), то есть к системе прямых моральных запретов. А этическая система нынешней России построена на «Моральном кодексе строителя коммунизма», где декларируется добро, но зло не запрещено и может быть использовано, если это необходимо для торжества добра. Например мировая революция, для осуществления которой оправдана война с мировой буржуазией.

Из лефевровской формулы можно сделать еще как минимум два вывода. Во-первых, для западного человека окружающий мир позитивен, кроме какой-то его части, сосредоточенной в «странах-изгоях». Задача человечества держать это зло в границах Мордора, чтобы оно не расползалось.

Для россиян весь мир вокруг – Зло, и только Россия - олицетворение добра. Вот почему у России столько врагов. Вот почему вокруг одни «фашисты»!

Во-вторых, американцы и европейцы понимают, что зло в целом невозможно уничтожить, и пока оно сидит в своем Мордоре, его не трогают. Как не трогали Россию, пока она не полезла в Украину.

Западный мир злу сопротивляется пассивно, следуя тактике «не приумножай зла», за исключением моментов, когда зло начинает расползаться. Тогда его наименее кровавым путем пытаются загнать обратно, в какую-нибудь Морию.

Россия в борьбе за свое «добро» обязательно будет наступать пока не «одобрит» собой весь мир. Или не погубит его.

Если принять эту теорию и наложить ее на сегодняшнюю ситуацию, то можно понять, почему Обама не дает Украине смертоносное оружие. 
Как истинный герой этической системы Запада, он до конца будет видеть в Путине договороспособную сторону. Он не хочет «приумножать зло» новыми смертями. Он считает, что дракона можно победить не мечом, а словом, как это сумел сделать Архангел Михаил.

И, как истинный герой российской системы ценностей, Путин пытается максимально унизить оппонента, высмеять его, как неспособного держать оружие. А если получится – поработить или уничтожить.

Кто победит? В семидесятые-восьмидесятые годы холодной войны слово победило атомную бомбу. Слово, которое в СССР с ненавистью обозвали «пропагандой американского образа жизни».

Именно этот «образ» до сих пор доводит до истерики Всеволода Чаплина - Председателя Синодального отдела Московского Патриархата по взаимодействию Церкви и общества, считающего, что, чем жить «сытой и спокойной, беспроблемной, комфортной жизнью, лучше чтобы была война»…

Если Путин проиграет, он объявит себя победителем. Если победят Обама и Меркель, они скажут, что победила дружба. Каждый в рамках своей этической системы.


Работая над книгой, Владимир Лефевр опросил множество людей, как рожденных в США, так и выходцев из СССР.
Вопросы и ответы на них дали яркую картину отношения к компромиссу со злом в разных системах. Вот некоторые из них. «Доктор должен скрывать от пациента, что тот болен раком, чтобы уменьшить его страдания» (89% рожденных в СССР согласны с этим утверждением и только 8% американцев). «Хулиган может быть наказан строже, чем того требует закон, если это послужит предостережением для других» (84% рожденных в СССР сказали «да», и лишь 11% американцев). «Можно дать ложные показания в суде, чтобы помочь невиновному избежать тюрьмы» (СССР - 65%, американцы – 19). «Можно показать шпаргалку, чтобы помочь близкому другу на конкурсном экзамене» (СССР - 62%, США - 8%).

А теперь подумаем: как бы ответили мы? И как бы поступили в жизни? Неужели не спасли бы невиновного и не наказали бы бандита, отпущенного либеральным судом на свободу? 

Чтобы стать отличным от путинского стада, надо не просто надеть смокинг и заговорить по-английски. Надо перестать воодушевляться злом.

Если мы прощаем преступников, чинящих суд Линча, только потому, что линчуемые «заслужили», «судьи продажны», а линчеватели - герои, то мы идем на компромисс со злом.

Если отстаиваем высокую мораль, бросая бомбы в «содомитов», мы духом из России.

Если ругаем большую коррупцию, но позволяем себе брать и красть по мелочам (или для «пользы дела», ибо государство денег на бензин не дает, а заправлять пожарные машины надо) – если мы делаем это, мы живем в этической системе совка.

Если лжем народу для того, чтобы в беспочвенных надеждах он легче переносил невзгоды – мы путинцы.

И если мы не научимся прощать и побеждать словом, если (какая святая не стояла бы перед нами цель) мы не будем разборчивы в средствах – мы так никогда и не сможем выбраться из-под затхлого колпака, того самого, что опирается на башни кремля.