Встреча была согласована заранее. Нашу группу встречает персонал лепрозория. Мы идём по коридору, заглядываем в палату.
Здесь Серёжа. 
У Серёжи - петушиная слепота.
- Это довольно распространённая болезнь в Путляндии,- говорит дежурный врач.- Симптомы распознаются не сразу. У пациента запущенная форма.

Мы показываем Серёже кадры, снятые 2-го мая 2014 года в Одессе. Вот из-за спин ментов вырываются провокаторы. Стреляют в толпу проукраинских активистов, избивают людей.
- Не видит,- говорит дежурный врач.
Из окон Дома Профсоюзов стреляют, кидаются коктейлями Молотова. Раненых оттаскивают в стороны.

Дежурный врач качает головой.

Вот на экране сотник, стреляющий по окнам.
Серёжа оживает.
- Суки, биндеровцы ! Низабудимнипрастим !
Внутри здания пожар. Окна целы, возгорание изнутри. Осаждённые прыгают из окон, осаждающие тянут лестницу.
- Смотри,- говорим мы Серёже.
- Я ничего не вижу,- отвечает он.
- Петушиная слепота не лечится,- объясняет дежурный врач.- Во всяком случае, в нашем лепрозории нет ни лекарств, ни методик.

В другой палате - Верочка.
- Когда я вырасту большая,- говорит она,- стану врачом. Буду стучать молоточкам по коленкам и писать всем в истории болезни, что они сумасшедшие.
- Мы не говорим ей, что она уже большая,- шепчет нам в коридоре медсестра.- А то ведь и в самом деле понапишет.

На стене в палате Валерика большой портрет худого человека с подозрительным взглядом.
- Это Иуда,- рассказывает нам хозяин палаты.- Он смелый. Не побоялся того, что его будут презирать и ненавидеть. Уважаю.
- Но ведь Иуда - это, вроде как, отрицательный персонаж,- не соглашаемся мы.
- Хочу быть, как Иуда,- упрямо твердит Валерик.
- Ну что ж, удачи.

- Он вообще не из нашего лепрозория, прибился откуда-то,- сообщает нам санитарка.- Ничего, обживётся. Ещё и вылечим от чего-нибудь.

Саша любит играть в солдатиков. Он строит их на подоконнике и проводит с ними занятия по политической обстановке. 
План-конспекты этих занятий Саша бережно хранит под подушкой.
Мы знали об этом и купили ему солдатика, но по дороге у него отломалась голова. Нам страшно неловко, однако, Саша рад подарку.
- Это же солдат российской армии,- говорит он.- Голова ему не нужна. Я и остальным поотламываю.
- А что ты будешь делать, когда проведёшь все занятия ?- спрашиваем мы.
- Поведу их спасать Украину от бандеровцев. Потому что они бегают по улицам, всех убивают и насилуют.
- Мы недавно из Украины. Там ничего такого нет, ну, конечно, кроме Крыма и Донбасса.
Саша качает головой.
- Вы ничего не знаете. А мне по зомбоящику всё рассказали.
Солдатики стоят на подоконнике. Пока ещё с головами.

Пустая палата.
- А здесь у нас лечился пациент благородных кровей,- хвалится директор лепрозория.- Барон. Да только сбежал. Ну да куда он денется: вся наша страна - сплошной лепрозорий.

В последней палате - Игорёк. Игорька вырастили в пробирке, надеясь получить материал для трансплантаций, но вскоре выяснилось, что его органы никуда не годятся, даже собаки отказывались их жрать.
- Почему же не пристрелите ?- спрашиваем мы.
- Жалко,- объясняет главврач.- Патроны ведь денег стоят. Да пусть уже.

Мы выходим на улицу. Обшарпанная дверь лепрозория захлопывается за нашими спинами.
Идём по улице, обсуждаем, как подадим материал. У всех разное видение, но сходимся в одном: пока на России есть такие люди - лепрозории пустовать не будут.